Мы много рассуждаем о том, каким должен быть врач — внимательным, деликатным, профессиональным. И почти никогда — о том, как ведёт себя по другую сторону стола пациент. А ведь у приёма есть две стороны. И для поведения пациента в кабинете у врача, как ни странно, тоже есть этикет. Пластический хирург — это прежде всего хирург, врач, и лишь затем «пластический», «эстетический», «доктор красоты» и так далее.

Я прекрасно понимаю, что люди приходят разными. Кто-то — на подъёме и с мечтой, кто-то — с тревогой, кто-то приносит с собой боль от прошлого неудачного опыта, недоверие, обиду на всех врачей сразу. Я это вижу и всегда стараюсь считывать, с чем человек пришёл. Это часть моей работы.

Но есть вещи, которые не про травму и не про волнение, а именно про уважение — к врачу, к себе и к самой ситуации. О них не принято говорить вслух. Давайте всё-таки поговорим.

Приём — не подиум

Кабинет хирурга — не место для демонстрации гардероба. И особенно нелепо это выглядит, когда «гардероб» — реплики. Сумка «под Шанель», туфли «почти Гуччи», всё с претензией на статус, которого нет, — это, простите, выглядит не лучшим образом. И это всегда считывается.

Дело даже не в эстетике. Дело в том, что за этим фасадом нередко следует сцена: возмущение ценой, торг, обида, что «так дорого». Женщина в образе на миллион расстраивается из-за стоимости процедуры, которая ей по этому образу как бы «положена», но по факту не по карману. Это неловко для всех. Кабинет пластического хирурга — не площадка для торга и не место, где стоит выбивать скидку. Хирургия — не аксессуар к статусу. И приходить сюда стоит не за тем, чтобы произвести впечатление, а за тем, чтобы решить свой вопрос.

Как одеться, чтобы раздеться

Теперь о практичном, о чём тоже почему-то стесняются сказать. На приёме я, как врач, скорее всего, буду осматривать. Значит, одежда должна легко сниматься и надеваться. Если речь о теле — приходите в том, что удобно снять, а не в сложном наряде с корсетом, десятком застёжек и высокими сапогами на шнуровке.

И ещё важный момент. Хирург не только смотрит — он ощупывает. Пальпация тканей, оценка их плотности, эластичности, того, как они смещаются, — это часть осмотра, без которой не спланировать операцию. Иногда речь идёт о деликатных зонах: груди, животе, внутренней поверхности бёдер. Будьте готовы к тому, что это не всегда приятно и комфортно — и физически, и психологически. Врач может попросить встать, наклониться, напрячь мышцы, осмотреть вас в разных положениях. Это не то, чего стоит стесняться, и не повод для неловкости — это работа врача, от которой зависит ваш результат. Но прийти стоит внутренне к этому готовой: осмотр будет подробным, с прикосновениями, а не «издалека».

Это простое правило уважения — и ко времени врача, и к собственному комфорту. Осмотр должен пройти спокойно, а не превратиться в борьбу с одеждой.

Чистота — это база

На приём приходят чистыми — это база. Чистое тело, чистая голова, свежее бельё. Без тяжёлого парфюма, которым «на всякий случай» залито всё. Минимум украшений — кольца, браслеты, длинные серьги на осмотре только мешают. Если предстоит смотреть шею и зону декольте — снимите цепочки и оставьте эту область открытой, со свободным доступом для осмотра. И, если речь о лице, — без макияжа. Я должна видеть вашу кожу, а не тональный крем; ваши настоящие черты, а не нарисованные брови, стрелки и накладные ресницы.

Это элементарная гигиена и возможность врача нормально вас осмотреть. Врач работает с вами вплотную, руками. Уважение здесь взаимно.

Телефон, диктофон и фотосессия

Отдельная просьба — заранее отключите телефон. Приём длится недолго, и он посвящён вам; звонки, переписка и уведомления посреди разговора крадут время у вас же.

И принципиальный момент. Я не разрешаю записывать консультацию на диктофон и фотографировать или снимать меня на приёме. Мой голос и моё изображение — это мои персональные данные, и я не давала согласия на их запись и тем более на распространение. Это моё право, и оно защищено законом (изображение гражданина — статья 152.1 Гражданского кодекса, голос как биометрия — законодательство о персональных данных). Приём у хирурга — не блогерская фотосессия и не журналистский репортаж.

При этом всё, что вам действительно нужно знать, — рекомендации, план, назначения — мы фиксируем и выдаём вам после консультации в письменном виде. Чтобы вы не пытались судорожно всё запомнить или записать украдкой, а спокойно ушли с готовым документом на руках.

На приём — по одному

Начнём с того, о чём часто забывают. В кабинет надо зайти одной. Не с мужем, не с мамой, не с подругой в качестве группы поддержки, которая сидит рядом и комментирует.

Дело и во врачебной тайне, и в вашей откровенности с доктором. Разговор врача и пациента защищён законом: то, что вы рассказываете о своём здоровье, не должно звучать при посторонних без вашего на то согласия. Но дело не только в законе о тайне. Многие не понимают второй части закона — «согласие».

На приёме я, как врач, буду задавать вопросы, которые вы едва ли захотите обсуждать при подруге или свекрови. О перенесённых болезнях, о психическом состоянии, о беременностях и прерываниях, о весе, о вредных привычках, о том, что вы принимаете, — и о многом другом, о чём вы просто не задумывались, но при этом легко соглашаетесь на дополнительных слушателей.

Всё это — глубоко личное, и говорить об этом лучше без посторонних ушей. Если рядом сидит кто-то, при ком неловко, вы невольно начнёте что-то смягчать, о чём-то умалчивать. А значит, я не соберу полный анамнез — и это уже вопрос вашей безопасности, а не только приличий.

Бывает и так, что две подруги приходят на консультацию вместе — «за компанию», ради экономии времени, денег или из желания поддержать друг друга. Я понимаю это желание, но и здесь прошу: заходите по очереди. Мне, как и каждой из вас, важно, чтобы я смогла выслушать каждого пациента внимательно, и поэтому — отдельно. А комментарии со стороны, реплики и советы третьих лиц прямо во время консультации только мешают — и вам, и мне.

И ещё причина, о которой говорить не любят. Наедине я могу понять то, что при сопровождающих остаётся скрытым. Мне важно быть уверенной, что ко мне человек пришёл сам, по своему решению, а не под чьим-то давлением. Иногда за желанием «сделать грудь» или «подтянуть лицо» стоит не сама женщина, а тот, кто рядом. Бывает, что операция нужна не пациентке, а мужу, партнёру, окружению — а ей самой это совершенно не нужно. Такое понятно только один на один. И моя задача — оперировать того, кто действительно этого хочет, а не исполнить чужую волю на чужом теле.

Иногда заключение звучит не слишком мягко

За моими плечами больше сорока лет в медицине и советская врачебная школа — та, где учили честно работать, отвечать за результат и называть вещи своими именами. «Сладкие» обещания и заискивание с пациентом — не мой стиль. Я, в первую очередь, хирург, и выступаю за качественную и безопасную медицину. Поэтому моей задачей не стоит стремление понравиться любой ценой и соглашаться на все прихоти. Я нацелена на результат и могу открыто сказать «нет», если операция вам не подходит.

О границах

Несколько слов про границы, которые нередко отмечает для себя пациент, — однако есть они и у врача, как у личности. Слишком бурные эмоции на приёме — крик, слёзы напоказ, сцены — мешают работе. Я с большим пониманием отношусь к волнению и тревоге, это естественно. Но кабинет врача — это всё-таки место для спокойного, взрослого разговора.

Я оставляю за собой право попросить пациента прекратить консультацию — а если понадобится, и покинуть кабинет. За агрессивное поведение. За неуважительное обращение — на «ты», без имени и отчества, с излишней фамильярностью. За нежелание слушать хирурга. За требования в духе «сделайте мне только так, как я сказала», где мнению врача не остаётся места.

Здесь нет ничего личного. Просто работа возможна только там, где есть взаимное уважение. Там, где его нет, не будет и хорошего результата — а значит, и работать нам вместе не стоит.

Что важно помнить

Хороший приём — это встреча двух взрослых людей, которые уважают друг друга. Врач уважает ваше тело, ваши страхи и ваш выбор. А вы уважаете его время, его труд и его право на профессиональное мнение.

Всё просто: приходите по одному, чистыми и в удобной одежде, без образа «на публику», отложите телефон, говорите спокойно и по делу, будьте открыты даже к отказу. Так вы получаете не «услугу», а лечение, за которым вы обратились к врачу, который, прежде всего, на вашей стороне.

Екатерина Вакорина · Пластический хирург, судебно-медицинский эксперт